Элегия Пессимизму
Я пуст, как этот
медный чан...
Нет мыслей нет
идей и нет желаний...
Поник мой головы
кочан...
И тело стало
ватным от страданий...
Я усреднен, я
гладок словно шар,
Я брошен в злые
когти пессимизма.
Уж больше не
горит в душе пожар,
Я стал рабом
идей социализма.
Что Ницше,
Шопенгауэр, иль Кант,
Они ушли, забыв
об альтруизме,
Оставив словно
фантик или бант,
Идеи
нравственности и другие “измы”.
К чему мораль и
нравственность
для тех,
Единых в мыслях,
целях и
желаньях.
Мы выпьем за
удачу и успех,
А остальное все
решим на
партсобраньях.
Посредством
разума мы познаем закон,
Но подчиняем
волю разуму с остатком.
Вот взять бы тот
остаток да на кон
Поставить, и
крутнуть на все в девятку.
А Мечников, ведь
тоже гусь хорош,
Об эволюции
инстинкта жизни
блеял.
А мне уже за
тридцать, но ни в
грош
Не прибывает эта
самая идея.
Пойду я что ли к
Будде – он душа,
Знаток
страданий, знает путь к нирване.
А может, как
Сенека, не спеша,
Раздеться, и
уснуть в горячей ванне?
Нет рано, надо
все ж преодолеть
Тот роковой
рубеж общественной
морали,
Что юный разум
запирает в клеть
И делает его
рабом печали.
Я к Вам приду
чуть-чуть поздней
Мой дорогой
Владимир Маяковский.
Да, сделать
жизнь значительно трудней
Для тех, кто
может жить как Вы, так броско.
А сейчас любить,
чтоб быть
любимым,
Пить в меру и не
есть окорока,
А нравственную
жизни половину,
Как Лев Толстой
начнем мы с
сорока.
Простит Вам Бог
любители вина,
Как он прощал
Хаяму или Гёте:
Испивши чашу
пьяную до дна,
Становимся мы
все чуть-чуть поэтом.
1985.01.25