Это случилось у нас на даче в Пенсильвании.

К нам на участок зашла курица. Такая же рыжая и бесцеремонная, если не сказать нахальная, как Шанелка – так звали нашу недавно умершую собачку породы мини пинчер.

Вы не поверите, но по всем повадкам эта курица вела себя точь-в-точь, как наш прежний питомец, то есть Шанелка.

На нашего курцхаара Дюка она не обращала никакого внимания, и более того, давала ему отпор, пытаясь клюнуть его в нос, если он его совал в её куриные дела.

Мы попытались прогнать птицу, шикали на неё, махали руками, мол, убирайся прочь – туда, откуда пришла. Но на неё это не производило никакого воздействия.

В результате, мы смирились с её присутствием. Но когда мы сели обедать, её бесцеремонность превысила все границы. Она пыталась лезть в наши тарелки на столе, чего себе не позволяла даже Шанелка, и вообще вела себя хозяйкой, как будто это её дом, в котором он прожила всю свою жизнь.

Что делать? Раз так, я поставил ей корм в собачьей миске, ранее принадлежавшей Шанелке, который она, как ни в чём не бывало, начала клевать. Наевшись, она бесцеремонно запрыгнула на колени к моей жене Маше (любимая поза Шанелки) и задремала. Маше ничего не оставалось делать, как начать гладить курицу, также как она гладила Шанелку...

Это случилось примерно на 7-й день после кончины Шанелки, поэтому наша дочь Ольга сказала, что это реинкарнация. И действительно были все признаки того, что курица вела себя не по-куриному, а по-собачьи...

Но вот прошла ночь. Мы думали, что курица уйдёт, как и пришла. Но не тут-то было. Она не собиралась никуда уходить, и продолжала всем видом показывать, что это я – ваша Шанелка. И, под конец, мы уже и сами почти в это уверовали...

Что делать? Нам пора уезжать домой в Нью-Джерси. На семейном совете, мы долго совещались, и решили забрать курицу с собой, назвав её Фросей.

Переезд Фроси в Нью-Джерси был осуществлён в собачьей клетке, которую она восприняла как свой родной дом, спокойно и уверенно.

По переезде в Нью-Джерси, мы установили для Фроси стационарный домик, который нам подарили наши друзья, разводившие кур.

Фрося обжилась, и если можно так сказать – окурячилась – начала нести яйца – и ночевала на насесте в своём домике-курятнике. В тарелку к нам на столе она больше не лазила – у неё была своя. Она подружилась со всеми членами нашей семьи, включая собак, и в общем-то сама стала её полноправным членом.

Но спустя около месяца, мы опять засобирались на дачу. На семейном совете мы стали решать – что делать с Фросей. Жена говорила надо мол оставить её дома, мол в Пенсильвании она уйдёт от нас. Но я не послушался. Я решил взять Фросю с собой на дачу, опасаясь оставлять её одну в Нью-Джерси, где она могла бы быть атакована хищниками. А их у нас там хватает – и лисы, и барсуки, и орлы, и коршуны.

Мы приехали на дачу в Пенсильванию и...    в первую же ночь Фрося ушла. Куда, почему и зачем – для меня до сих пор остаётся загадкой. Тогда я подумал – видимо ушла искать своих сотоварок. Почему я не послушал жену, ведь она предвидела такой исход – надо слушаться жён...
Ну что ж, она подарила нам несколько радостных дней совместной жизни и около дюжины деликатесных яиц.

Потом, я исколесил на машине все близлежащие улицы, в надежде найти Фросю. Но тщетно. Я не обнаружил нигде никаких признаков курячей жизни, а ведь курятник трудно не заметить, а куры поодиночке не живут. Фрося появилась из ниоткуда, и ушла в никуда. И исчезла она примерно на 40-й день после смерти Шанелки.

Вот и верь – не верь теперь в реинкарнацию.

2014.06.02